Отзыв

Тут некоторые отзывы уделяли много внимания бесчеловечности Варагаш. Так вот. Ирину Юрьевну знаю давно. Работала в Эконии в 2013 году, ушла через 1,5 года– потому что очень хотела исполнить свою мечту – работать на фрилансе и развиваться сразу во многих проектах. Некоторые проекты забрала с собой от Эконии и до сих пор веду на аутсорсе. Как и писала, ушла нормально, с позитивом, с теплотой и пожеланием лично от Ирины Юрьевны классной работы, личного счастья и предложением, что ее компания всегда открыта для меня.
Периоды в работе в офисе с ней были разные. Варагаш требовательна, иногда жесткая, она правда не оч терпимо относится к непрофессионализму. Она доверяет каждому. НО!. Если ты завалил проект, если подставил ее и компанию и ее коллег из других отделов, то она уже не может просто расслабиться- она волей-неволей контролирует тебя, пока снова не поймет – Все ок, ты исправился, не подставишь больше ее компанию и ее репутацию под риск.
Ирина Юрьевна всегда говорила мне: «Ти можеш більше, чому не даєш у роботі? Ти талановита, професійна – ти можеш набагато більше!». Я обижалась, думала, мол, хотят , чтобы я просто больше пахала. Но только потом поняла, блин, а ведь Варагаш была на 100% права. Я реально профессионал круче, я реально могу выдавать на гора крутые идеи, проекты, могу намного больше давать результата. Но я сама в себя не верила и не давала этого компании, увы, признаю. И сейчас только могу оценить ее слова. Она видела во мне то, чего я сама в себе не видела.
Так вот. О человечности.
Когда у меня мама заболела онко, я зашла замученная в кабинет, Ирина спросила, что случилось. Я поделилась. Сказала, не справляюсь, мама умирает, врачи сказали 2 недели осталось жить. Вот как быть? Что вообще люди делают в таких ситуациях, когда у тебя мало времени. И ни минуты не задумываясь «бесчеловечная» Варагаш сказала, что она может договориться и мне даст ключи от квартиры в Закарпатье. Где красиво, спокойно, где мы просто сможем всей семьей побыть вместе. Просто потому что понимает. И чувствует, как больно и невыносимо все это. И я опешила.
Я побоялась вести маму в другой город в таком состоянии, но дело не в этом. А в том, что на мое горе кто-то откликнулся. И не банальным (Ну давай, держись, ты справишься), а (Чем я могу тебе помочь? На ключи, я договорюсь, езжайте). А еще дело в том, что я помню мамины слезы радости, когда я сказала о предложении работодателя. Хоть она и не могла ехать, но сама идея и возможностьпровести свои последние дни в том месте, которое мама просто боготворила за красоту, ей очень нравилась.
Так что каждому решать самому о том, человечна она, или нечеловечна.
В работе с Варагаш у меня был опыт, когда Я была не права, а она – права (хотя казалось наоборот, конечно же). И я никогда не забуду, что именно Варагаш была тем человеком, который просто был рядом в очень непростой период. Хотя я никто ей, просто обычная менеджер в ее компании.

Для меня не было таких моментов. Это работа и пока одни ищут отрицательные стороны, другие добиваются результатов